Генеральному Прокурору
Республики Казахстан
Асылову Б.Н. 

Уважаемый Берик Ногаевич! 

Пользуясь случаем, разрешите поблагодарить Вас за плодотворную работу.

Ко мне обратился адвокат Коллегии адвокатов г.Астана Оралбеков О.Т. по вопросу необоснованного привлечения его подзащитных к уголовной ответственности за создание и руководство организованной преступной группой. В ходе изучения обращения установлено, что данная ситуация вызывает серьёзную правовую обеспокоенность и требует всесторонней проверки — особенно с учётом недавних изменений в уголовном законодательстве, а также в свете принципиальной позиции, которую озвучивает Президент Республики Казахстан в отношении защиты предпринимателей.

Речь идёт об осуждении руководителей и работников ТОО “Apina Export” и ТОО “Вернал Ойл Казахстан” — Абиева М.Ж., Дарибаева Ж.А., Гребнева Е.П., Новицкого А.В. и Махметова А.С., которым инкриминированы деяния по статьям 234 УК (экономическая контрабанда), 197 УК (ныне 233-1 УК — незаконное приобретение, хранение, перевозка и реализация нефти и нефтепродуктов) и 262 УК (создание и руководство организованной группой, преступной организацией, а равно участие в ней). Наиболее спорным и тяжёлым моментом в вынесенном приговоре является именно квалификация по ст. 262 УК, поскольку в свете действующих норм и фактических обстоятельств она представляется необоснованной.

Все указанные лица осуждены приговором Межрайонного суда по уголовным делам г.Астана от 14.02.2025г., постановлением Судебной коллегии по уголовным делам г.Астана от 20.05.2025г., при этом по части ст.262 УК приговор первой инстанции оставлен без изменения.

Особое внимание необходимо обратить на то, что применение статьи 262 УК влечёт значительное отягчение наказания: эта статья переводит деяние в более тяжкую категорию преступлений, ограничивает возможность применения смягчающих мер, затрудняет условно-досрочное освобождение и иные формы гуманизации уголовной ответственности. Применение такого тяжкого состава в отношении лиц, которые, по всей видимости, не выступали как организованная преступная структура, нарушает принципы справедливости, индивидуализации наказания и требует особой прокурорской проверки.

16 сентября текущего года в УК были внесены изменения: статья 31 дополнилась частью 6, согласно которой учредители, участники, руководители и сотрудники организаций не могут быть автоматически признаны преступной группой лишь из-за их должностного положения или структуры организации — за исключением случаев, когда организация была создана с преступной целью. Эти поправки прямо направлены на исключение практики, когда бизнесменов вовлекают в уголовные дела по признаку штатной иерархии или переписок, а не реального преступного умысла.

В контексте данного дела базисом обвинения по ст.262 УК послужили рабочие чаты WhatsApp, штатное распределение обязанностей и функциональные роли сотрудников. При этом следствием и судом не представлены доказательства существования преступной группы — ни материалы негласных следственных действий, ни результаты оперативно-розыскных мероприятий, ни свидетельские показания.

Фактическая организационная структура компаний показывает, что:

1. Абиев М.Ж. — один из учредителей ТОО “КНПЗ”, которое, в свою очередь, является учредителем ТОО “Apina Export”, и осуществлял общее руководство;
2. Новицкий А.В. — директор ТОО “КНПЗ”, отвечал за финансовую деятельность ТОО “Apina Export”;
3. Дарибаев Ж.А. — директор ТОО “Apina Export”;
4. Махметов А.С. — юрист предприятия, выполнял работу по совместительству (подработка);
5. Гребнев Е.П. — директор ТОО “Вернал Ойл Казахстан”, назначен российскими учредителями, которые определяли условия его труда и заработную плату.

Между TОО “Apina Export” и ТОО “Вернал Ойл Казахстан” был заключён законный процессинговый договор: “Apina Export” выступало давальцем сырья, а “Вернал Ойл Казахстан” перерабатывало его, производя газойлевые фракции и другие продукты. Экспорт переработанной продукции сопровождался таможенным оформлением, уплатой сборов и налогов, что характерно для законной предпринимательской деятельности.

Суд признал, что под видом газойлевой фракции осуществлялось перемещение дизельного топлива в период с 2018 по 2022 годы. Однако производство газойлевой фракции началось только в 2020 году, а последние сообщения Абиева М.Ж. в рабочих чатах датированы еще 2019 годом — до предполагаемой незаконной деятельности. Судебная психолого-филологическая экспертиза установила отсутствие в переписке признаков подготовки преступления. Вместо этого эксперты выявили лишь “коммуникативные роли”, отражающие штатную структуру компании.

Чаты, на которые опиралось обвинение, включали более 30 сотрудников (бухгалтеров, юристов, логистов, специалистов по таможенному оформлению и др.) и использовались исключительно для обсуждения рабочих вопросов. Если бы участие в таких чатах само по себе квалифицировалось как участие в ОПГ, то логически следовало бы привлекать к ответственности практически каждого сотрудника, что противоречит здравому смыслу и принципам права.

Также заслуживает внимания тот факт, что обе компании — “Apina Export” (зарегистрировано в 2016 г.) и “Вернал Ойл Казахстан” (зарегистрировано в 2002 г.) — существовали задолго до предполагаемых противоправных эпизодов и не создавались с намерением совершения преступных действий. Приговор, основанный на предположительном “организованном взаимодействии” без убедительных доказательств, противоречит обновлённым нормам УК и основополагающим принципам уголовного права.

Более того, по предоставленным материалам адвоката установлено, что в отношении спорного нефтепродукта были проведены несколько исследований, результаты которых существенно различаются. Тогда как отдельные специалисты, привлечённые стороной обвинения, исследовали продукт лишь по ограниченному числу показателей и поспешно квалифицировали его как дизельное топливо, полноценные и всесторонние заключения специализированных лабораторий — включая ТОО “ORGANIC”, а также заключения специалистов Лядова и Полатова — однозначно установили, что продукт не соответствует требованиям ГОСТ 305-82 и ГОСТ 305-2013 для дизельного топлива и по своим физико-химическим свойствам относится к газойлевой фракции. Несмотря на это, суд необоснованно отказался принимать во внимание заключения специалистов из Российской Федерации, мотивируя тем, что они не являются гражданами Республики Казахстан и якобы не были предупреждены об уголовной ответственности, тогда как иностранное гражданство не влияет на объективность и допустимость экспертного заключения. Более того, ни одному из экспертов, в том числе казахстанским, предупреждение об уголовной ответственности фактически не разъяснялось, что делает позицию суда внутренне противоречивой и юридически несостоятельной.

Дополнительно, официальный ответ Комитета технического регулирования и метрологии прямо указывает, что испытания дизельного топлива должны проводиться по всем физико-химическим показателям, предусмотренным ГОСТ, что полностью подтверждает позицию защиты о недопустимости выводов, основанных на частичных исследованиях. Тем не менее суд неоднократно отказывал стороне защиты в ходатайствах о проведении дополнительного исследования для точной идентификации нефтепродукта — газойль либо дизельное топливо, чем нарушил требования ст. 24 УПК о всесторонности и объективности исследования обстоятельств дела, а также принцип презумпции невиновности, согласно которому неустранимые сомнения толкуются исключительно в пользу обвиняемых. Существенные расхождения в экспертных заключениях, отсутствие исследования по всем показателям ГОСТ и игнорирование достоверных выводов специалистов свидетельствуют о том, что выводы суда основаны на ошибочной интерпретации экспертных данных, что является недопустимым и требует тщательной прокурорской проверки.

В подтверждение необходимости защиты бизнеса и ограничения уголовного преследования предпринимателей стоит привести слова Президента Республики Казахстан Касым-Жомарта Токаева. Глава государства неоднократно подчёркивал, что “безосновательный избыточный контроль, уголовное преследование бизнеса недопустимы” и призывал оградить предпринимателей от неправомерного вовлечения в уголовные процессы (Azattyq-ruhy.kz). Он также заявлял, что “государство обязано помогать предпринимателям”, поскольку бизнес является одной из основ национальной экономики (Sputnik Казахстан). Президент подчёркивал, что “честный и патриотично настроенный бизнес… всегда будет в почёте и под защитой государства” (Sputnik Казахстан).

Однако на деле органы следствия, прокуратуры и суды игнорируют слова и поручения Президента о защите предпринимателей, что подтверждается вынесением необоснованного приговора с применением ст.262 УК, что недопустимо.

Учитывая изложенное, изменения в законодательстве и позицию Президента как гаранта прав предпринимателей, прошу:

1. Провести проверку законности квалификации действий Абиева М.Ж., Дарибаева Ж.А., Гребнева Е.П., Новицкого А.В. и Махметова А.С. по ст. 262 УК;
2. Дать правовую оценку применённой квалификации с учётом новой редакции ст. 31 УК;
3. Рассмотреть возможность принесения кассационного протеста в адрес Верховного Суда Республики Казахстан с требованием исключить из приговора квалификацию по ст. 262 УК в отношении указанных лиц, поскольку признание их участниками организованной преступной группы представляется необоснованным;
4. Обеспечить восстановление нарушенных прав вышеуказанных осуждённых, а также принять меры для предотвращения дальнейшего применения подобной практики, подрывающей доверие предпринимательского сообщества и государственным институтам.

О результатах рассмотрения данного обращения прошу информировать Уполномоченного по защите прав предпринимателей Республики Казахстан в установленный законом срок.

С Уважением,
К. Нуров